Вторник, 2017-11-21, 11:57 PM

Креатив Студия "Полет"

Статистика
Друзья сайта

Каталог статей

Главная » Статьи » Студия полет

Домашние животные (Часть 1)

            У нас в доме жил знатный кот. Звали его Пончик. Вид у него был аристократический – черный пушистый сибиряк с белым треугольным фраком на грудке, в белых перчатках на передних и задних лапах, с белой кисточкой на кончике хвоста и белыми усами на черной мордашке. Он на все смотрел с некоторым презрением. Чтобы до конца представить его внешность надо вспомнить своего питомца, который стряхивает с лапы ненавистный мокрый предмет.

            В доме он появился в одно прекрасное летнее утро. Я еще спал, когда супруга положила его мне на спину и он, будучи с ладонь, трясущимися лапками стал передвигаться по моей спине, издавая при этом не то писк, не то скрипение. Я открыл глаза и спросонья  спросил:

            - Здрасти, а это что за Чудо?

            - Это котик, - незатейливо ответила супруга. Она взяла его на руки, и он выгнулся, крендельком вытягивая передние и задние лапки, безумно глядя в пустоту.

            - Прикольный – Крэндэль!

            - Нет, это не крендель, скорее он больше похож на пончик.

            - Пончик, ну что же, пусть будет Пончиком.

            Мишка недели две назад сказал фразу, которая сейчас воплощалась в жизнь:

            - Очень скоро я сделаю вам один сюрприз…, - сказал он.

            Я не стал настойчиво пытать Михаила, понимая, что если я выведаю тайну, это будет уже не сюрприз. Ближе к вечеру я осознал, что Пончик больше чем сюрприз. У меня был двухнедельный перерыв между вахтами, и оставаясь дома, я стал для Пончика и отцом и матерью. Супруга уходила на работу и мне приходилось с соской кормить его теплым молоком, а ночью одной рукой обнимать жену, а второй накрывать Пончика. Как только я, забываясь во сне, убирал руку, Пони, как мы его называли,  начинал горлопанить и своим душераздирающим мяуканьем мог разбудить половину дома, приходилось вновь погружать в коробок свою руку, на радость жене и соседям. Иногда жена требовала от меня обе руки, в это время Пончика слышно не было или я не обращал внимания, впрочем, не важно. Перед моим отъездом на вахту Пончик, словно чувствуя разлуку, зализывал мою руку. 

            По приезду я увидел уже самостоятельного котенка, который в строгом воспитании жены перестал ночью мяукать. Следующая серия моего межвахтового перерыва была посвящена тому, чтобы показать Пончику место, куда ему ходить в туалет. Пончика, как всякого уважающего себя котенка интересовало все что двигалось – привязанные мышки, разноцветные фантики, нитки для пряжи и катающиеся клубочки, к счастью тараканов у нас не было, иногда заползали мурашки и залетали мухи, которые также становились объектами неподдельного интереса. Неживые объекты были игрушками и вызывали лишь чувство забавы, живые входили в разряд добычи. В эти мгновения в Пончике просыпался охотник, он весь обострялся, был бесшумными, становясь на мгновение одними глазами. Перетаптываясь с ноги на ногу, он делал решительный выпад и лапой, прибивая жертву к полу, съедал ее. А еще, видя мух, он издавал звук похожий на треск, начиная трястись. Если попытаться воссоздать этот звук, примерно это выглядело так:

            - Кх-кх-кх-х-х... Кх-кх-кх-х-х... Кх-кх-кх-х-х...

            Очень скоро он вырос и стал красавцем котом, которого все хотели взять на руки и потискать. Он убегал и прятался на время, когда к нам приходили гости и лишь избранные удостаивались его внимания, к которым он хотел запрыгнуть на руки и давал себя гладить. Его привычным делом в летнее время было забраться на разборной стол на балконе первого этажа и смотреть скучающим взглядом на «бродвейский ход» людских  потоков. Они открывались в Якутии с наступлением тепла и не прекращались практически круглые сутки, компенсируя холодное время года, которое заставляло людей зимой передвигаться лишь по необходимости и длилось с середины октября до середины апреля. Летом на улицу высыпали все. Светало очень рано в 4-ре утра, а в 23-00 начинало смеркаться. В это время не хотелось спать, да и вообще заходить в дома, "еще насидимся в зиму по норам» - пили, пели, гуляли до утра.

 

Зимой в канун Нового года супруга уехала на Украину за дочкой и мы с Пончиком остались на хозяйстве вдвоем. Потом к нам присоединился Челентано, блудный сын из Днепродзержинска, в Якутию приехавший на сезон ремонтных путевых работ, Божией милостью уцелевший оставшись без паспорта и документов. И зажили мы втроем. Оставляя квартиру на Челентано уезжая на вахту, я не сомневался, что все будет в порядке, как говориться: «Сторож на хозяйстве и Пони сыты и вещи целы».        

            В конце января приехали родные - Дарья и жена. В Беркаките все расстояния можно перекрыть в течение получаса, но все же, родных я поехал встречать на машине и это оказалось правильным. Когда я с вагона снял три клетчатых баула, девочки показались мне пушинками. Волоком по снегу я дотянул сумки до машины, упаковал, основательно посадив зад машины. Плотно затоваренные мы подъехали к дому. На пороге нас встречал Пончик, он кричал и что-то по-своему рассказывал. В этот день он словно преступник зарывался в разобранных на половину сумках, принюхиваясь к новым запахам привезенных вещей. Дарья пыталась ловить неуязвимого Пончика, но устав, оставила эту затею на потом, поймав его только на кухне, после ужина.

Они подружились и очень скоро Дарья, таскала его за уши и за передние лапы, доставала его за хвост из-под дивана. Самое главное, что Пончик никогда, ни при каких условиях, даже не выпустил когтей, при случае огрызаясь и кусая нас, взрослых. Считая Пончика членом семьи, мы объясняли Дарье, что нельзя мучить животное, но иногда просто так получалось.

Однажды в канун 8 Марта, рано утром, пробужденная утренними ласками жена, сообщила приятную новость:

- Юзик, ты меня любишь? – такие вопросы меня всегда настораживают. Я приподнялся, пытаясь заглянуть в глаза, -  У нас будет ребенок…

-   Дай я тебя поцелую…, а потом укушу – поцелую за новость и укушу за вопрос…

С этого утра жизнь в доме приобрела новые очертания и счет времени с каждым днем приближал нас к долгожданному событию. Супруга красиво округлялась, поначалу пряча это от глаз соседей и коллег по работе. Однажды соседка заметила:

- Кирилловна, ты мать, никак, на второго воздвигнута?

- Переела, что-то я, - очень хило прозвучал ответ, - А что, заметно?

- Никак, арбуз съела, - ответила с улыбкой соседка.

 

Прошлое, преодолевается семимильными шагами, останавливаясь лишь на самых ярких событиях. Лето подходило к концу, так основательно и не начавшись, стояла первая половина августа. В Беркаките готовились отмечать День Железнодорожника. В пятницу всех пригласили в актовый зал, и начальник дистанции пути поздравил работников с долгожданным праздником. ПЧ отметил подразделения, а также поименно назвал руководителей среднего звена, которые своими трудовыми достижениями добились отличных показателей. Наряду с устными поздравлениями был зачитан список работников, которые представлены к премии за добросовестный труд. А также, выразил благодарность всем работникам дистанции пути. Было высказано пожелание, чтобы погода в воскресенье не подвела и, можно было выехать на природу, вернее простите, выйти в лес, ведь он начинался за пять минут от любого дома.

В воскресенье на стадионе началось для одних, и продолжалось с субботы для других, празднование Дня Железнодорожника. На футбольном поле разминались команды дистанции пути и локомотивного депо, готовились к выступлениям команды движков и связистов. А на волейбольной площадке уже кипели страсти, встречались команды – работников «Северного Экспресса» железных дорог Якутии и вагонного депо. Первые удачные нападающие удары сопровождались бурей эмоций, криками и визжанием женской половины работниц приемосдатчиков контейнерного отделения пос. Беркакит. Для детей были установлены надувные горки, а также с машин выездной торговли и палаток продавали сладости: вату, мороженное, пирожные безе, трубочки с воздушной начинкой, корзинки, сладкую картошку и колобки, орешки с заварной сгущенкой и хрустящие трубочки. Напитки были самые разнообразные: соки, квас, лимонад, кофе, чай и для взрослых, начиная от отверток-пива-водки и водку в вдогонку. На площадке мне повстречался работник бригады и невзначай сказал, что женщина, которая работала поваром на вверенном мне околотке и проходила по табелю, как монтер пути 3 разряда, заболела и скорее всего не выедет на вахту. Вахта начиналась со второй половины августа. На какой-то миг это заставило забыть о празднике, но очень скоро все встало на свои места, праздничная атмосфера вновь захватила меня. Отовсюду звучали предложения присоединиться к празднованию, но с благодарностью проходя сквозь людскую стену, я продолжал движение, так как дома на балконе уже стоял замаринованный шашлык и договор выехать на карьер для продолжения празднования с друзьями.

Выехав на берег, мы развели костер и дровишки постреливая, начали разгораться... Перед выходом из дома мы обратили внимание на Пончика. Он внимательно нас разглядывал. Естественно, когда я разделывал мясо, Пончик протирал «мозоли», наматывая восьмерки вокруг ног. Мяса ему перепало празднично, как члену семьи железнодорожника и вот уже на выходе, он нерешительно вышел в коридор провожать нас, Дарья схватила его на руки и унесла в машину. 

Берег гранитного карьера, который разработали при строительстве Бамовской ветки, последнего ее звена Тында – Нерюнгри, с той поры наполненный водой, стал пристанищем для отдыха в пос. Беркакит. В летний период там с удовольствием отдыхала детвора, купались и резвились, играли в догонялки, а также многие из тех, что отправлялись в тайгу за ягодой и грибами, выходили к карьеру, в теплые дни окунались, снимая усталость нахоженных за день километров. Вечером водители приезжали помыть своих "коней", старательно омывая машины. В праздничные дни, когда отдыхающих было много, одной машиной выезжали раньше, чтобы занять лучшие места и, следом приходили или приезжали все остальные. От поселка, карьер находился на расстоянии не более 1км, до него можно было добраться за 15 минут роскошной и за 10 минут быстрой ходьбы.

            В походных условиях мы разложили дачный столик, неспешно накрывая его, делая нарезку из овощей, колбас, сыров. Заранее приготовленные салаты заправляли майонезом, распространяя  при этом чудесный аромат свежих огурцов и помидоров.

            Костер накопил достаточное количество углей, когда на шампуры стали нанизывать замоченное мясо, перемежевывая его с колечками лука и помидорами. Скрытый огонь иногда вырывался из оков углей, вспыхивая языками пламени, и это давало повод притушить огонь, сбрызгивая шашлык маринадом и сухим вином. В процессе приготовления, для того чтобы оживить и без того бодрые движения, поднимались чарочки с вином и водкой. Пожелания были самые разнообразные, желали здоровья и благополучия железнодорожникам, да и вообще всем, кто был рядом и не только рядом – за труд и тружеников, третья - "За Любовь…", четвертая - "За мужика…", пятая - "За Лося…".  На берегу собрался коллектив путейской бригады, кто-то пришел всей семьей с женами и детьми, не женатые привели подруг, кто-то пришел сам. Весело, с шутками, никуда не спеша компания набирала высоту. До заезда на вахту оставалась неделя, можно было без страха "о больной голове" в меру расслабиться.

            Пончик наелся вдоволь совершенно разной снеди. Ему перепало мясца, плавнички красной рыбки, шпроты и колбасные обрезки и все, что предполагает праздничный стол. Вначале он стал вниманием всей детской половины, его, как говорится таскали, пока он не вырвался и не убежал в лес и лишь по прошествии некоторого времени вернулся обратно. Пончик развалился неподалеку от гуляющей компании на солнце, жмурясь и дочиста вылизывая себя. Потом его заинтересовали муравьи и мухи, на которых был открыт "охотничий сезон". 

            За несколько дней до выезда на вахту пришло твердое подтверждение о том, что повар на вахту не выезжает. Я связался с начальником дистанции Иваном Прокопьевичем и уточнил возможность приема на одну вахту человека со стороны. Как раз к этому времени супруга уже не работала и становилась все красивей и красивей. Предложение, которое я сделал, пришлось ей по душе. Выезд в тайгу, о которой я так много рассказывал, был словно сказочное приключение. В обязанности жены входило обеспечить бригаду едой, в мои - продуктами, работой, заботой и пожеланиями. В перерывах между обязанностями я обещал в ее полное распоряжение тайгу со всеми прелестями: с жимолостью, голубикой, маховкой, брусникой, морожкой, золотым корнем, целебными травами и вообще с медведями, отдельной комнатой, двойными радугами, оленями и чудесами таежной природы!!! Все были готовы к отъезду, даже Пончик. Его мы решили взять с собой, так как не было соседей, на которых мы полагались, когда на долгое время отлучались из дома.

            Уезжая на двухнедельную вахту, мне было достаточно одной походной сумки с предельным минимумом вещей. Перед отъездом на эту вахту я ужаснулся, так как передо мной было четыре полных баула, беременная жена, дочь и Пончик в придачу, для которого предусмотрели плетеную корзину. Ко всему супруга хотела еще взять ракетки для бадминтона, вязание, несколько книг, которые не вошли в предыдущие четыре сумки.

            - Зачем в тайге это барахло? – спросил я. Не дождавшись ответа, я продолжал, – Когда ты увидишь красоту вокруг, то поймешь, что кроме тайги тебе больше ничего не нужно…, - сошлись на том, что выложили мою теплую кофту. Трудно спорить с женщинами, тем более женами, еще один безапелляционный фактор – в положении.

            Войдя в автобус следующий маршрутом ст. Беркакит - ст. Нерюнгри грузовая, мы заняли добрую его половину. Последнюю точку в его "оккупации" поставил Пончик, который долгое время крепился, молчал. Когда он осознал, что его вывозят из дома, он поднял такой ор, что пассажиры очнулись, а водитель потребовал вывести кота на улицу. Мне пришлось вступиться за кота и заплатить за него 50% стоимости билета, как за ребенка. А также до отправления автобуса я вышел с ним на улицу, где его мяуканье не звучало так отчетливо. В дороге он немного успокоился и притих.

            На станции мы пересели в АСК-у, слева сидел водитель бурят Пурбо, в салоне находились знакомые лица монтеров бригады. В журнале инструктажей провели целевой инструктаж по охране труда и сделали перекличку. Я представил нового повара, тем из бригады кто не был знаком с моей супругой и Дарьей, в конце переклички голос подал и Пончик, как член большой бригады. Прозвучало традиционное: «Ребята, по коням!!!», «Пурбо, вперед – за орденами!!!». На АСК-е мы развозили по линии дежурных по станции и дизелистов, которые обслуживали агрегаты вырабатывающие электричество. Первым вышел ДСП разъезда Денисовский, далее была станция Чульман, где находилась контора ПЧ – 1. Иван Прокопьевич принял от меня заявление супруги, сказав, что в понедельник выезжает в Алдан и там даст заявлению ход.

            - На вахту с тобой заезжают машинист ВПР, помощник и оператор. – сказал Иван Прокопьевич. - Задачи - устранить все предупреждения на перегоне Чульман – Тенистый. На днях отправлю тебе четыре хопра и два полувагона с щебнем. Два хопра высыпь на перегоне Чульман – Тенистый, километры ты знаешь, и два на перегоне Хатыми – Огоньор, полувагоны в кривой перед ст. Таежная. Локомотив не держать, выгрузишь щебень отправляй на Нерюнгри грузовую. Цели понятны?

            - Да, хорошо. Иван Прокопьевич с авансом не слышно? На вахту заезжаем пустые... Везу с собой по килограмму сахара, макароны, пару пачек заварки, три банки тушенки, пару кило картошки, на день и половину следующего дня провизии хватит. В понедельник можно будет с вами отправить одного человека с доверенностями от бригады для подтоварки провизией в Алдан?

            - Хорошо, отправишь... Еще, заготовь ручки на молотки и выправи короткую просадку на въезде в Хатыми, там дрезину бросает. Проверь подбойки, одну пробивает, Капустяный докладывал. Найдешь пробой – устрани, нет, завезешь – я поменяю. Ну, все Юра, с Богом!!! Утром выходи на планерку, подскажешь о планах, я уточню насчет вертушки!!!

            - Добро, Иван Прокопьевич!!!  

            Начались трудовые будни: выправка, перекосы, просадки, углы (рихтовка пути), пятый костыль на кривых и мостах, отгрузка щебня, отделка пути, установка шпал по эпюре, регулировка стыковых зазоров и многое другое, что называется текущим содержанием пути. В бригаде насчитывалось 15 монтеров, из них трое были охотниками. В их задачи входила добыча мяса, рыбы, грибов, а также разведка мест, где росла морошка, жимолость, золотой корень. Иногда, они находили при трассе целые буксы алюминия, по неизвестной причине оставленные строителями. В такие вахты жилось вольготно, работники были досыта накормлены, чай, сигареты не были дефицитом, иногда даже с водочкой без фанатизма. Хотя могу со всей уверенностью сказать, что опьянеть можно было от чистого воздуха, от супа, сваренного на чистых грибах, от чая, заваренного на брусничном и смородиновом листе, от выкуренных сигарет, которые на таежном воздухе и вкус имели чистый, если вообще можно употребить это слово к курению, но сигареты просто «съедали».

            Супруга ранее не представляла себе, как можно обходиться без телевизора и фена для укладки волос. Так вот, две сумки из четырех, она так и не открыла до конца вахты. Они с Дарьей после завтрака, когда бригада выезжала на перегон, уходили в тайгу за ягодой, напитываясь от первозданной и практически нетронутой красоты, черпая энергию от земли и деревьев. Я оставлял им проводника из охотников, чтобы они не заблудились. Вечером они наперегонки рассказывали о своих впечатлениях, словно дети, которые впервые увидели слона. Если перегон был свободным, мы выезжали на реку на матрисе (АСКа), которая находилась примерно в километре от станции Хатыми по направлению Огоньора. Наблюдали на вечернем небе совершенно розовый закат. После дождя можно было видеть радугу, растянувшуюся от края до края неба, а бывало и так, что над одной радугой появлялась вторая, создавая неповторимую картину близости Неба. В один из вечеров мы выехали на реку и, расстелив покрывало, окунувшись в почти ледяную воду, удобно устроившись, уставились на проплывающие облака. Где из Божественного Облака на нас посмотрел строго Чингисхан, а потом преобразившись, Благостный и Добрейший Серафим Саровский, одаривая лучезарной улыбкой. Затем Облако вырисовало улыбающегося Будду. Кульминацией увиденного видения от которого мы не в силах были оторвать взор, явился лик Христа по Отечески принимая нас в объятия Неба!!!

            Тайга оказала свое чарующее действо не только на девочек – супругу с животиком и Дарью, но и на Пончика. Первым открытием Пончика были бурундуки, которые наглым образом совсем не обращая на него никакого внимания, ходили практически под носом. Он смотрел удивленно на этих полосатых существ, не зная, что с ними делать. На второй или третий день, когда дневная жара стала спадать и после ужина мы мирно отдыхали в комнате, Дарья читала Маршака, жена Гессе, я сидел за столом и записывал работы, сделанные за день. И вот, отодвигая занавеску в комнату, вошел Пончик, держа в зубах бурундука. Он напоказ вышел в центр комнаты, выплюнул бурундука и развалился с ним рядом, показывая: «Вы видите? Пончик-охотник... Принес добычу...», а сам тщательно принялся облизывать лапы. Мы театрально зааплодировали Пончику, восклицая:

            - Пони охотник…

            - Пони добытчик…

            - Пони, таежный кот…

Пончик купался в лучах славы, пока его триумф не осекла супруга словами:

- Так Пони, понятно. Уноси его к себе в заначку. Это означает, что завтра тебя не кормить? Уноси, а то мне после тебя убирать надо будет…

Показалось, что Пончик даже обиделся, но вынес его в укромное место. После этого случая Пончик больше не хвастался, просто охотился за бурундуками, как заправский, пряча добычу под жилой вагон.

Время, которое было отмерено на вахту подходило к концу. У меня складывалось впечатление, что Дарья и Жена-ребенок еще не уехав из тайги, уже начинают по ней скучать. В эту вахту охотники принесли оленину, выследив в тайге небольшое стадо, что во многом упростило задачу жены. Она готовила котлеты и отбивные, голубцы, тефтели, варила наваристые борщи и рассольники, приукрасив наш рабочий стол кулинарными изысками. Настал день отъезда. К четырем сумкам добавилось еще три ведра наполненные ягодами и грибами.

- Жена, мы с тобой, как с колхозного поля – все вокруг колхозное, все вокруг мое... Слава Богу, что тайга отдает плоды свои с изобилием. Если бы не тайга, так можно было бы и в отчаяние впадать... С вахты домой без денег, на вахту также. А так с Божией милостью и доживем до лучших времен*.

            На обратном пути с вахты АСКа походила на груженую баржу. Работники, не дождавшись положенного аванса, везли с вахты, что Бог послал. По безналу приобретенные продукты питания – ящик сгущенки, мешок муки, ящик шоколадок (которых при наличном расчете взял бы поштучно), мешок риса, ящик масла подсолнечного, а также дары природы – ягоды, мясо, рыбу, грибы.

            Прибыв на ст. Нерюнгри грузовая, первая партия работников толпилась у автобуса, пытаясь расширить его размеры мистическим усилием воли и просто вталкивая в него свои тела и вещи. Водитель плевался и кричал, но это никак не влияло на уверенные движения немного одичавших в тайге людей. Он пытался закрыть двери снаружи, но в это время через его голову подавали еще одну сумочку. Заранее посоветовавшись с супругой, мы решили дождаться возвращения автобуса и уехать спокойно со второй группой вахтовиков. Когда уехал автобус, стало как-то умиротворенно на станции, тихо, спокойно:

            - Слава Богу!!! - тихо сказал я супруге. – Какая благодать…

            Она подтверждающее кивнула, положив голову ко мне на плечо. Минут через десять после отъезда автобуса на станцию приехал наш знакомый, сосед из квартиры напротив. Его просили встретить вахту и забрать несколько человек, но они не дождавшись, уехали автобусом. Он предложил отвезти нас, и мы с радостью приняли предложение. Вначале мы погрузили сумки, затем ведра. В АСКе из поклажи осталась корзина с Пончиком. Взяв корзину, я обратил внимание на то, что она необыкновенно легкая, кота в ней не было. Я кликнул семью, и мы вместе отправились на поиски Пончика. Мы осмотрели все в кабине АСКи и салоне, не обнаружив там кота, мы вышли на улицу и стали осматривать лес, призывая кота. Когда и это не принесло успеха, мы стали вспоминать, кто видел его последним. Оказалось, что мы его погрузили на Хатыми вместе с вещами. Корзину держала Дарья и она вспомнила, что когда уезжали, Пончик был в корзине. В памяти мы перебрали все остановки и выходы на станциях, а также, кто и когда заходил. Проходя мимо АСКи, мне бросилась в глаза брешь в инструментальном коробе, который накрывался откидным сиденьем.  Заглянув под сиденье я увидел чудную картину – Пончик зарывшись в телогрейку, ни о чем не подозревая, мирно спал. Обрадованные находкой мы поехали домой, впереди было две недели отдыха и воспоминаний.



*Для справки: в конце 90-х годов, заработную плату выплачивали с задержками на 2-3месяца, практиковался расчет продуктами питания, изделиями производства на заводах и фабриках, или же процентами от общей суммы задолженности в том числе «Северный Экспресс», ж.д. Якутии. Единственная организация, которая не имела задолженности по зарплате – это РЖД.  

Категория: Студия полет | Добавил: dimonkur (2011-08-19) | Автор: Юрий Макаров
Просмотров: 455 | Рейтинг: 4.3/3
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: